22 февраля 2022 г.

Секретаря СНБО Алексея Данилова в кабинете на третьем этаже здания Совбеза ждет «красная папка» —ежедневный отчет разведки с грифом «Совершенно секретно».

Около 19:10 папка кладется ему на стол. Алексей Мечеславович пробежался взглядом по бумагам и сразу позвонил президенту. Владимир Зеленский был на какой-то из бесчисленных встреч, число которых на фоне возможной большой войны с каждым днем росло.

Но вместо того, чтобы ждать, когда президент освободится, секретарь СНБО быстро сел в свою давно не новую Audi и сказал водителю ехать на Банковую. Сообщение из «красной папки» не могло ждать.

По прибытии в офис Данилов пообщался с главой личной охраны Зеленского, с главой Департамента госохраны и наконец доложил самому президенту: «Есть данные наших партнеров — большой риск вашего физического уничтожения».

«Партнеры нам часто говорили, что вот, ребята, если война, то это для вас означает уничтожение руководства, фильтрационные и концентрационные лагеря. Но в тот вечер было первое сообщение о реальной подготовке к убийству Зеленского», — в разговоре с УП вспоминает события 22 февраля секретарь СНБО.

Зеленский, который тогда работал в режиме no time to die, внимательно выслушал Данилова, поблагодарил и направился на очередную встречу.

Все коллажи: Андрей Каллистратенко / УП

Тот день был и без того напряженным. Накануне, 21-го, Владимир Путин провел свой Совет безопасности и объявил, что Москва «признает независимость» марионеточных режимов на захваченных территориях Донбасса, притом непонятно, в каких границах.

В Киеве помнили об аналогичных действиях России в Грузии в 2008-м. Но никто на Банковой еще не догадывался, что этот день мог быть гораздо страшнее: по первоначальному замыслу Кремля, 22 февраля колонны российских войск должны были уже наступать на столицу и другие города Украины.

Во время боев за Киев украинские защитники захватили трофейные карты псковских десантников. Такие документы командиры подразделений получают за два дня до начала наступления.

«На карте написано: «выдать 20 февраля» — то есть, наступление должно было начаться 22-го. Но что-то изменилось, и 20-го там перечеркнуто и написано «22 февраля»,— рассказывает Данилов.

По неизвестным пока причинам российское наступление сдвинулось на два дня и началось в ночь на 24 февраля.

22 февраля: Ответ Путину, встреча с Радой, мобилизация резервистов

22 февраля президент Зеленский находился в трудном поиске — он искал нужные слова, чтобы быстро и решительно ответить Путину. Оставить его великую псевдоисторическую речь без ответа означало признать свою слабость. И речь шла не только о том, что российский диктатор «признал независимость Л/ДНР». Если присмотреться к этой речи, то становится очевидным, что Путин ставил под сомнение само право Украины на существование как государства.

«Мы не успели посмотреть весь Совет безопасности Путина и его выступления. Но мы знали, что он готовит. Наша разведка доложила, что будет», — упомянул в разговоре с «УП» глава Офиса президента Андрей Ермак.

На Банковой знали, что Путин готовит свое решение по Донбассу, но не могли поверить, что он одним махом решит отменить восемь лет переговоров и похоронить «Минские соглашения».

В той речи Зеленского было еще одно предложение, характерное для его выступлений в середине февраля.

«Мы давно ко всему готовы. Но нет причин для вашей бессонной ночи», — заявил президент за два дня до начала полномасштабного вторжения.

Уверенность в том, что признание псевдореспублик может закончиться ничем, — это не просто риторическая формула в речи президента. Это было общим убеждением всей его команды.

Около 14:00 того же дня журналисты «Украинской правды» ждали интервью с министром обороны Алексеем Резниковым в Доме офицеров в Киеве.

Резников, одетый в эффектный костюм-тройку, пришел на встречу с улыбкой. Около часа он убеждал «УП», что большой войны не будет, и даже может быть какая-то польза от решений Кремля относительно Донбасса.

Резников излучал спокойствие и убедительно доводил, что «Путин не осмелится бомбить «второй Иерусалим» — Киев». С таким заголовком это интервью выйдет в 5 часов утра 24 февраля, как раз в тот момент, когда на Киев упадут российские крылатые ракеты.

***

22 февраля США начали эвакуацию сотрудников посольства, неделей ранее эвакуированных из Киева во Львов, в Польшу. Примерно в это же время в Москве Путин попросил у Госдумы разрешения использовать армию за пределами России.

В Киеве власти знали обо всех этих признаках неизбежной катастрофы, но до последнего пытались держаться за иллюзию нормальной жизни. Зеленский провел совещания, подготовился к встречам с депутатами и бизнесом. Вместе с тем президент продолжил принимать иностранных гостей.

Каждый из этих визитов на фоне эвакуации посольств и запрета полетов в Украину западным авиакомпаниям воспринимался как сигнал. На Банковой даже надеялись, что Путин не посмеет напасть на Украину, если в ней находится иностранный лидер. Поэтому вся украинская дипломатия работала над тем, чтобы организовывать такие визиты в Киев буквально каждый день.

* * *

Вечером 22 февраля президент Зеленский впервые за все время работы Рады 9-го созыва пригласил на Банковую руководителей всех парламентских фракций.

До этого Зеленский обращался к такому формату лишь однажды — на следующий день после инаугурации он собрал лидеров парламента, чтобы объявить им о роспуске Рады предыдущего созыва.

Теперь Зеленский собрал лидеров парламентских фракций и групп, чтобы попытаться их объединить.

Подробности этой встречи до сих пор оставались неизвестными, так как значительная часть раскрытой там информации была и остается под грифом «секретно». Но, как удалось узнать от нескольких представителей фракций, основной акцент на той встрече Зеленский сделал на создании, как он сам назвал, «оборонительной коалиции».

Чтобы показать важность момента, встреча проходила на президентском четвертом этаже ОПУ в большом светлом зале, который обычно используется для международных переговоров.

Президент пригласил дать отчет все высшее руководство: как гражданское, так и военное. Поэтому на встрече по разные стороны от Зеленского сидели премьер-министр Шмыгаль, глава Вооруженных Сил Украины Валерий Залужный, глава Службы безопасности Украины Иван Баканов и начальник ГУР Минобороны Кирилл Буданов.

Руководители фракций кивали головами и соглашались с президентом. Петр Порошенко был готов «помочь там, где надо». Юлия Тимошенко заявила, что россияне численно превышают Вооруженные силы, и поэтому нужна мобилизация.

После выступлений политиков по очереди докладывали силовики. Поскольку лидеры фракций имеют высокий доступ к государственным секретам, рапорты силовиков были довольно открытыми. Валерий Залужный остановился на работе Вооруженных сил, пояснив, что армия готовится ко всем возможным событиям.

Зато Баканов и Резников отрицали возможность полномасштабной войны. Верили только в возможные психологические спецоперации со стороны России и, как максимум, в обострение ситуации на Донбассе.

Последним выступил начальник Главного управления разведки Кирилл Буданов. Но, по словам участников встречи, сложилось впечатление, что Зеленский и команда не очень прислушались к Буданову.

Но именно его выступление, как станет понятно буквально через полтора дня, было самым важным и точным.

Буданов достал из бумаг карту и со спокойным лицом начал рассказывать вещи, от которых у присутствующих холодела кровь: россияне могут начать войну за пределами Донбасса, под угрозой Херсон и Харьков, есть угроза Киеву, они могут попробовать зайти с Чернобыля.

«Буданов говорил ужасные вещи. Но из-за того, что другие высшие должностные лица почти раздраженно отреагировали на его слова, другие также не воспринимали его всерьез. Знаете, такое отношение к высказываниям Кирилла было как к младшему брату», — вспоминает атмосферу после выступления Буданова один из участников встречи.

23 февраля: Чрезвычайное положение и встреча с олигархами

Для большинства украинцев утро 23 февраля особо не отличалось от предыдущих утр последних восьми лет войны.

Пока высшее руководство в Киеве только готовилось к новому дню противостояния с Россией, в Овальный кабинет Белого дома в Вашингтоне вошел гость из Украины.

Обычно президент США не принимает в своем кабинете ни послов, ни руководителей иностранных дел. Однако в тот день гостями Джо Байдена были министр иностранных дел Украины Дмитрий Кулеба и посол Оксана Маркарова. Перед этим украинский министр уже встречался со своим американским коллегой Энтони Блинкеном.

Ситуация вокруг Украины была настолько напряженной, что Белый дом решил еще больше подчеркнуть свою поддержку Украины, принять Кулебу в личном кабинете Байдена и даже сделать фоторепортаж с этой встречи.

Единственное, чего нельзя заметить на фотографиях Белого дома, так это тревожную, если не сказать траурную, атмосферу этой встречи.

После протокольных фото Байден начал расспрашивать Кулебу о ситуации, давать какие-то советы, говорить о поддержке. Но тон его разговора больше напоминал прощание с больным раком ребенком, чем ободрение союзника накануне решающей битвы.

В тот день в лице Кулебы Байден попрощался со всей Украиной.

* * *

Тем временем в Киеве коллеги Кулебы по власти собирались на новое заседание Совета национальной безопасности.

После решений Путина 21 февраля Совет безопасности Украины перешел на круглосуточный режим работы. Утром 23 февраля все его участники должны были собраться, чтобы решить непростую дилемму: стоит ли вводить военное положение, ведь подготовка России и активизация ее сателлитов на Донбассе выглядели угрожающе.

Дискуссия на встрече была довольно оживленной. Глава Вооруженных сил Залужный и министр обороны Резников отстаивали позицию, что введения чрезвычайного положения по всей стране может быть недостаточно. Они предлагали немедленно ввести военное положение, правда, только в двух-трех регионах на востоке страны.

Но большинство присутствующих на встрече боялись, что таким образом Украина сама выдаст россиянам козырь. Уже несколько недель российская пропаганда со всех экранов трубит, что Украина готовится к крупному наступлению на Донбассе.

В конце концов Москву решили не провоцировать. Поэтому утром 23-го секретарь СНБО отнес на утверждение Рады президентский указ, в котором говорилось только о введении чрезвычайного положения по всей стране и ни слова не было о военном положении на Донбассе.

Однако созданная недавно вечером в Раде «оборонительная коалиция» распалась, не продержавшись и дня. Большинство оппозиционных группировок, которые накануне обещали всяческую поддержку, начали спорить с властями.

Прошло время, закончилось утреннее совещание, прошел перерыв, настало вечернее совещание, а результата от «оборонительной коалиции» нет.

Секретарь Данилов не выдержал и довольно жестко обложил депутатов: «Мы здесь с вами можем цепляться за каждую запятую. Но вы же понимаете, что завтра, может, придется голосовать о военном положении. Так давайте что-то решать».

В результате почти в десять вечера Рада сумела проголосовать за введение чрезвычайного положения.

Все это выглядело довольно гротескно, особенно на фоне новых разведданных США, переданных Киеву: Россия наконец завершила подготовку и может атаковать.

* * *

В конце концов, такое расслабление депутатов стало прямым следствием поведения главы государства.

В этот день Киев посетили президенты Польши Анджей Дуда и Литвы Гитанас Науседа.

На очередной вопрос журналистов о том, верит ли он в нападение Путина, Зеленский в ироничной манере ответил, что планы Путина — «не прогноз погоды», и поэтому прогнозировать их бессмысленно.

«Но я точно знаю, без прогнозов, как будет действовать наша армия. Я извиняюсь — эти четкие шаги нашей армии по обороноспособности и обороне нашего государства будут знать только я и наша армия. И, поверьте, мы готовы ко всему», — добавил Зеленский.

Как показали следующие дни и месяцы, у Зеленского были основания говорить о серьезной подготовленности всего оборонного сектора к различным вариантам развития событий.

Параллельно с тем, как президент и гражданская часть его команды успокаивали общество обещаниями майских шашлыков, силовое крыло власти готовилось к российскому вторжению.

Теперь уже известно, что Вооруженные силы в режиме строгой секретности распределили склады боеприпасов, подготовили резервные аэродромы для боевой авиации, вывели на поля вертолеты, передислоцировали противовоздушную оборону, подготовили структуру сил теробороны, перебрасывали под видом учений войсковые соединения с запада страны в центр и на восток и т.д.

Очевидно, что верховный главнокомандующий не мог не знать о такой масштабной подготовке. В отличие от агрессора и даже союзников.

Американские военные чиновники признали, что знали о российских планах и стратегии гораздо больше, чем об украинских. И отчасти поэтому прогнозы Запада о способности Украины обороняться такими неточными.

«Но никогда нельзя подготовиться к войне полностью. Потому что ты не знаешь, как люди себя поведут в критический момент: кто будет героем, а кто предаст и сдаст планы обороны врагу», — с горечью резюмирует Данилов.

* * *

Около 17 часов улицы Банковая и Лютеранская рядом с Офисом президента стали заполняться элитными кортежами.

Собственники 50 крупнейших компаний Украины спешили на встречу в президентскую палату.

Самые богатые люди страны — кто с охраной, кто без — пешком заходили на территорию ОПУ.

Едва ли не впервые за всю историю независимости в холле офиса одновременно собралась такая огромная группа олигархов и топ-менеджеров страны. Представители госохраны на входе у каждого переспрашивали фамилию и по одному выискивали гостей в распечатанном списке. Как будто это не олигархи, а группа школьников приехала на экскурсию.

Специально на встречу с президентом из-за границы прилетели Ринат Ахметов и Виктор Пинчук. В отличие от других приглашенных, Ахметов и Пинчук не заходили через «белый» вход ОПУ. Их кортежи впустили во внутренний двор офиса.

Чтобы зайти внутрь, гости должны были пройти через еще одну процедуру — отдать охране свои телефоны и часы.

Ожидая появления президента, гости здоровались, перебрасываясь короткими фразами и шутками.

В одном из уголков группа бизнесменов обменивалась своими прогнозами «будет — не будет война». Вдруг кто-то из группы увидел владельца маркетплейса «Rozetka» Владислава Чечеткина.

«Влад, знаешь, почему русские не прорвутся на Киев? Потому что задержатся на складах «Rozetkа», — пошутил один из присутствующих, и все, включая Чечеткина, от души расхохотались. Никто из присутствующих и представить не мог, что через несколько дней русские танковые колонны будут наступать на Бровары, где на их пути окажется как раз огромный логистический хаб «Rozetka».

Примерно в 18:00 в зале началось движение. Вместе с Зеленским вошли глава ОПУ Ермак, премьер Шмыгаль, первый помощник президента Шефир, главнокомандующий ВСУ Залужный, глава ГУР Буданов, тогдашний глава СБУ Баканов, министры обороны Резников и внутренних дел Монастырский, глава Государственной пограничной службы Дейнеко.

«Президент зашел обеспокоенным, но держался. У него, знаете, лицо было такого желтого нездорового цвета», — описывает свои впечатления один из представителей бизнеса.

Зеленский произнес короткую речь перед камерами и попросил пресс-службу удалиться. На мгновение воцарилась тишина — некоторые предприниматели напряглись, потому что боялись, что с них снова за что-нибудь попросят заплатить.

«Сразу говорю, что собрал вас не для того, чтобы просить денег, — начал неформальную беседу президент. — Сейчас очень важно, чтобы вы помогли стране. Прошу Вас поддерживать экономику и поддерживать свои коллективы. Со своей стороны мы сделаем все возможное, чтобы разрешить конфликт дипломатическим путем».

Бизнесмены внимательно слушали президента, ожидая услышать что-то новое и важное. Однако Зеленский передал слово силовикам.

Одним из первых выступил министр обороны Резников, однако, по словам присутствующих, его выступление больше напоминало «мотивационную речь тренера личного роста».

Затем слово взял Залужный. Он уверенно и достаточно жестко доложил о подготовке вооруженных сил и подчеркнул, что «армия готова к любому развитию событий». После встречи некоторые ее участники соглашались между собой, что больше всего их успокоила уверенность Залужного.

Вслед за силовиками микрофон включил Ринат Ахметов. В отличие от других бизнесменов, которые были в хорошем настроении, самый богатый украинец выглядел расстроенным.

«Я никогда таким Рината не видел. Он покраснел и несколько раз повторил: «самое главное — спасти наших людей», — делится воспоминаниями с «УП» представитель крупного бизнеса.

После Ахметова о важности мира говорил Пинчук, позже слово взял Новинский, который обратился к президенту: «Мы делаем все возможное, чтобы найти мирное решение».

Выступавшие бизнесмены по кругу твердили слова о важности мира.

Публика начинала скучать. Некоторые бизнесмены начали шептаться между собой.

Среди них выделялись братья Суркисы, сидевшие почти напротив Зеленского.

Суркисы тихо сказали нескольким своим соседям: «В четыре утра все начнется», имея в виду, видимо, наступление российских войск. Однако в микрофон это не повторили.

После 19:00 олигархи и топ-менеджеры начали покидать здание офиса.

Кто-то попытался незамеченным выбраться и как можно скорее запрыгнуть в машину, чтобы обойти журналистов во дворе Банковой.

Кто-то, наоборот, вышел на камеру и рассказал, что команда президента пытается не допустить эскалации, мол, «Зеленский заверил, что все будет хорошо». Казалось, что после встречи с президентом бизнесмены почувствовали облегчение.

«Никто нам тогда не говорил, что будет полномасштабная война. Даже намека не было! Думаете, мы бы тогда так торжественно и радостно покинули офис? Я бы не терял время на разговоры под ОПУ или какие-то мелочи, и я бы семью вывез», — эмоционально вспоминает вечер 23 февраля в разговоре с «УП» один из известных топ-менеджеров.

* * *

Ближе к 21 часу президент пригласил к себе в кабинет спичрайтера Юрия Костюка, Андрея Ермака и пресс-секретаря главы ОПУ Дарью Зарывную.

Владимир Александрович хотел обсудить новое вечернее обращение. На этот раз не в форме отчета перед украинцами. Зеленский хотел обратиться к россиянам.

Президент диктовал Костюку и Зарывной конспект выступления. Через некоторое время спичрайтеры отшлифовали текст, а ближе к 23:00 видеогруппа ОПУ записала видео.

«В тот вечер президент был как водитель, который управляет автомобилем ночью, максимум спокойствия», — вспоминает Зарывная в разговоре с «УП».

И надо признать, что если бы был хоть небольшой шанс предотвратить войну призывом, тот должен был быть точно таким же, как у Зеленского 23 февраля.

24 февраля: Вторжение

Около пяти утра 24 февраля Киев проснулся от ракетных обстрелов.

От одного из таких взрывов проснулась жена президента Елена Зеленская. Владимира Александровича уже не было в постели. Растерянная Зеленская вышла из спальни и нашла мужа в соседней комнате. Он уже был одет в костюм и белую рубашку, но без галстука.

— Что случилось? — взволнованно спросила жена президента.

— Началось, — коротко ответил он.

На тот момент секретарь Совета национальной безопасности Алексей Данилов уже вывез жену и сына из города на запад страны и стал звонить участникам Совета безопасности прямо на мобильные телефоны.

Одним из первых он разбудил спикера парламента Руслана Стефанчука, попросил его как можно скорее приехать в Офис президента и оперативно организовать заседание Совета: «Надо вводить военное положение, не медли».

В разных частях города проснулись нардепы и другие чиновники.

Те из них, кто имел доступ к государственным тайнам, бросились вскрывать секретные конверты «на случай войны», которые были розданы буквально за несколько дней до этого. «Ничего там не было! Только какая-то известная фигня. Ни слова о том, что я должен делать!» — эмоционально вспоминает в разговоре с «УП» один из влиятельных депутатов от «Слуги народа».

Как в плохих голливудских фильмах, где в критический момент погода обязательно портится, в первый день вторжения тепло и солнце в один миг сменились мелким холодным дождем. Он завис в воздухе над многотысячными заторами, которые мгновенно перекрыли выезды из столицы по всем направлениям.

После 5 утра президент вышел из лифта на четвертом этаже своего кабинета. Зеленский первым пришел в ОПУ. Недолго он оставался один — на Банковую один за другим добрались члены СНБО.

«Все произошло мгновенно. Все приехали, был краткий отчет, и документ сразу понесли на подпись в парламент», — вспомнил в разговоре с «УП» министр обороны Резников.

«У нас все было подготовлено, все было напечатано — разные пакеты документов по разным сценариям. Мы только получили подпись президента, и регистрируем. Мы ко всему готовились, но никому не могли об этом сказать, даже родным», — добавляет Данилов.

Депутат Вадим Новинский проснулся от взрывов в своем доме под Киевом. Он набрал митрополита киевского Онуфрия, а за ним — патриарха московского Кирилла.

«Святейший, война началась!» — сказал взволнованный депутат.

«Не может быть» — не поверил патриарх Кирилл.

«Ну как не может, если у меня от взрывов окна трясутся», — настаивал Новинский. Патриарх пообещал разобраться, хотя все и так было очевидно.

В правительственном квартале военные и добровольцы начали возводить первые баррикады. В спальных районах Киева царил хаос: напуганные люди стояли в длинных очередях к банкоматам, на заправках, перед продуктовыми магазинами и аптеками.

Около 6:40 утра в кабинете Зеленского были министр внутренних дел Монастырский, секретарь СНБО Данилов и спичрайтер Костюк.

Президент стоял посреди зала. Он достал свой iPhone, набрал нужный номер и поставил его на громкий вызов.

С другой стороны трубки прозвучал голос премьер-министра Великобритании Бориса Джонсона. В Лондоне было 4:40 утра, но британский премьер энергично убеждал Зеленского в полной поддержке украинского народа.

«Будем бороться. Борис, мы сдаваться не собираемся», — кричал в трубку Зеленский, подбирая слова по-английски.

«С момента первого визита Джонсона в Киев между ним и президентом сложились близкие отношения. Вот почему они могут позволить себе набирать мобильные телефоны друг друга, если это не составляет тайны. Нет времени на дипломатию 16-го века, когда на вас нападает Россия», — посол Украины в Лондоне Вадим Пристайко объясняет характер отношений между двумя лидерами.

Позже связь президента перешла на специальное защищенное соединение. Первый разговор Зеленского по такому каналу состоялся с президентом США Джо Байденом.

«Все произошло сразу и одновременно. Шло внутреннее совещание, мы перешли в другую комнату — международная обстановка, тут же какой-то международный звонок, приехали силовики — селектор. Помню, в какой-то момент там была небольшая пауза, и президент взглянул на нас и сказал: «Что еще сделать? Идеи?». И все сдвинулось с места», — вспоминает утро 24 февраля заместитель главы ОПУ Андрей Сибига.

* * *

В то утро депутаты Верховной Рады пытались добраться до правительственного квартала из разных уголков и берегов города.

Буквально накануне аппарат Верховной Рады дал поручение руководителям фракций о том, что в случае военных действий народные избранники должны прийти на свои места в парламентских комиссиях.

В связи с угрозой ракетного обстрела правительственного квартала руководство Рады рассматривало возможность проведения выездного заседания.

Местом для него был выбран Музей истории Украины во Второй мировой войне, где под монументом Родины-матери есть большой зал, который может вместить 400+ депутатов.

Ближе к 7 утра депутатам начали приходить сообщения в WhatsApp о том, что там собираются.

«Мы приехали с коллегами под Родину-мать. Там уже стоят люксовые авто, а возле них «слуги народа» с чемоданами. Спрашиваем их: «А зачем вам сумки»? Они говорят: «Нам сказали, что эвакуация будет». Это, наверное, единственный раз, когда я в тот день смеялся. Это же было очевидно, что никто никого эвакуировать не будет», — смеясь, вспоминает один из собеседников из фракции «Голос».

Пока депутаты добирались до музея Второй мировой, руководство парламента вновь изменило план. За какие-то полчаса руководители фракций уже просили нардепов возвращаться на заседание в Раду.

Если бы на видео заседания Рады было какое-то другое помещение, а не зал заседаний, это могло бы стать идеальным материалом для российской пропаганды на тему «украинская власть уже сбежала из столицы».

Ближе к 8 утра в зале Рады начали собираться нардепы — не в шикарных платьях и дорогих костюмах, а в спортивной одежде, заспанные и без макияжа, и не с сумками Prada, Gucci или Chanel, а с тревожными чемоданами на случай непредвиденных обстоятельств.

Через некоторое время в президиуме появился Руслан Стефанчук. Он только что приехал из ОПУ и сообщил, что рассматриваются только указы президента о военном положении и всеобщей мобилизации.

В отличие от чрезвычайного положения, которое заняло у Рады целый день, за военное положение проголосовали за считанные минуты.

После голосования к Стефанчуку подошли руководители фракций и групп — события требовали немедленной встречи с президентом.

Лидер президентской фракции Давид Арахамия сразу заявил, что это нереально, но поддался на уговоры и все же написал президенту. А тот ответил, что ждет всех руководителей фракций.

Около 9 утра представители парламента направились на Банковую.

«Меня еще никогда так не проверяли, исследовали чуть ли не до нижнего белья», — так вспоминает в разговоре с «УП» попытку попасть в Офис один из участников той делегации.

Пока представителей Рады приглашали в ОПУ в ситуационную комнату с большими экранами, сотрудники госбезопасности носили мешки с песком, засыпали им окна и сооружали огневые точки.

В пресс-центре на первом этаже ОПУ тем временем скучало несколько журналистов и голливудский актер Шон Пенн, на которого мало кто обращал внимание. По стечению обстоятельств актер оказался в Киеве на съемках документального фильма об Украине, даже не подозревая, что начнется полномасштабная война.

Иногда навстречу журналистам спускались Михаил Подоляк и Алексей Арестович. Последний громко спросил в трубку: «Дорогая, ты уже доехала до Черновицкой области?»

В то время секретарь СНБО Данилов вел первый селектор с главами госадминистраций и силовиками.

«Эй, а где Херсон? Может кто-нибудь с Херсоном связаться? Блин! Может кто-нибудь из Херсона подключится?» — раздраженно кричал секретарь СНБО в пустое окошко на экране, где было написано «Херсонская ОГА».

Примерно через полчаса Зеленский появился в комнате с Ермаком и Шмыгалем. Президент поздоровался с присутствующими за руку, выглядя не столько уставшим, сколько рассерженным. Глава ведомства и премьер-министр выглядели более растерянными. За всю встречу ни Ермак, ни Шмыгаль не произнесли ни слова.

«Коллеги, сейчас мы должны сконцентрироваться на сотрудничестве. Наша с вами задача — сохранить легитимность власти», — начал разговор Зеленский.

Тогда он предложил председателю Рады переехать на запад страны, чтобы сохранить власть.

Разумков и Порошенко выступили категорически против этого предложения.

«Это станет известно, и россияне начнут раскручивать историю, что руководство страны сбежало — этого нельзя допустить», — заверил бывший спикер Разумков.

Наконец пришли к компромиссу — договорились, что Стефанчук останется в Киеве, зато первого вице-спикера Корниенко отправят в одну из соседних областей, а вице-спикер Кондратюк поедет на Западную Украину. В случае гибели старшего руководителя, младший должен был взять полномочия на себя.

Вдруг, где-то на 30-й минуте заседания, в ситуационную комнату чуть не вбежал начальник президентской охраны. Спецслужбы сообщили, что на Печерске, в нескольких кварталах от ОП, уже работают вражеские ДРГ. Кроме того, сказал начальник Службы безопасности, существует большая угроза ракетного удара по Офису президента.

В помещении неожиданно появились вооруженные до зубов охранники, которые чуть ли не под руку вывели президента с совещания в «безопасное место».

Таким образом Зеленский впервые оказался в бункере, из которого будет управлять страной ближайшие несколько недель.

Депутатов, а также многочисленных журналистов, которых вызвали в ОП, попросили немедленно покинуть помещение и скорее уйти из правительственного квартала.

Впоследствии народные избранники получили от руководителей фракций сообщение: «В Главном управлении полиции на Владимирской дают оружие».

В течение дня депутатам, которые не сбежали из Киева, полицейские выдавали автоматы и пистолеты, проверяя паспорт и депутатское удостоверение. Очень скоро пистолеты начали заканчиваться, и их решили выдавать только женщинам-депутатам.

В одной из депутатских очередей за оружием кто-то вдруг спросил полицейского, который отвечал за выдачу, для чего депутатам дают пистолеты? Уставший мужчина многозначительно выдохнул и тихо произнес: «Придет время, и вы поймете». «Вы имеете в виду, что нам придется застрелиться?» — пытались пошутить депутаты.

* * *

Около 11 часов утра Денис Шмыгаль собрал членов своего правительства на селекторное совещание по защищенной видеосвязи.

Премьер-министр пришел с готовым решением: чтобы сохранить управляемость страной, кабинет министров разделят на две части.

Сначала он озвучил список тех, кто должен остаться в Киеве: министры внутренних дел, здравоохранения, инфраструктуры, энергетики и обороны.

Другая, большая часть правительства должна была в тот же день выехать специальным поездом в один из относительно безопасных западных регионов страны. «Вы — основная команда, у вас будет кворум для принятия решений», — сказал премьер в камеру спецсвязи.

Вице-премьер, министр по реинтеграции временно оккупированных территорий Ирина Верещук внезапно прервала премьер-министра.

«Я никуда не поеду. Что мне там делать?» — выпалила Верещук.

«Это решение президента», — спокойным тоном попытался апеллировать Шмыгаль.

«Тогда я поговорю с президентом», — еще более эмоционально отрезала вице-премьер и все-таки осталась в столице.

Чтобы вывезти государственных чиновников, их семьи и документы, договорились о выделении сразу двух отдельных поездов.

Первый отправился с центрального вокзала в 14:00, второй — в 16:00.

* * *

Эвакуационный правительственный поезд все никак не отправлялся. Шумные встревоженные чиновники и работники министерств уже успели перебраться из холодного перрона в теплые вагоны, но поезд все не двигался.

Чернышов раз за разом набирал Кубракова: «Саша, ну шо там? Когда он уже поедет?»

«Да тут такой бардак! Я стараюсь! Сейчас все сделаем», — отвечал Кубраков и набирал очередного чиновника, чтобы наконец вывезти правительство из столицы, на которую враг наступал с двух сторон.

Куда ехал этот поезд? Для конспирации министр Чернышев проинформировал сразу несколько председателей западных регионов, что к ним едет на эвакуацию Кабмин. Пока все готовятся, никто не знает, куда именно поедет правительство.

Не знала, куда едет поезд, не только большая часть его пассажиров, кроме министров, но и машинисты. Им открывали маршрут короткими перегонами, попросту говоря, что «сейчас — на такую станцию».

Чернышов по ходу добавил какие-то повороты на маршруте, чтобы их точно никто не отследил. Наконец первый поезд так долго вихлял, что его успел догнать второй эвакуационный поезд, и они вместе доехали до станции Ивано-Франковск.

И, пожалуй, не может быть лучшей метафоры украинского государства утром 24 февраля, чем скорый переполненный поезд, едущий на Запад. Поезд, в котором есть только один охранник с пистолетом, и машинист не знает не то что доедет ли он, но даже названия конечной станции.

Клас
Панылы сорам
Ха-ха
Ого
Сумна
Абуральна

Хочешь поделиться важной информацией анонимно и конфиденциально?

Чтобы оставить комментарий, пожалуйста, активируйте JavaScript в настройках своего браузера